17 июля


20:59

У Мінську домовилися про чергове припинення вогню

19:16

Путін спростив отримання громадянства РФ для всіх жителів Донецької та Луганської областей

18:15

КСУ оприлюднив рішення щодо конституційності закону «Про освіту»

17:21

Російський суд продовжив арешт всім полоненим українським морякам

17:11

У Краматорську загинув спостерігач ОБСЄ

17:03

Парубій просить Зеленського привести його лист до Верховної Ради «у відповідність до вимог закону»

15:10

СБУ ще 2 роки тому затримала водія, що перевозив російський «Бук» на Донбасі у 2014 році

15:01

Після «наїзду» Зеленського на «ArcelorMittal Кривий Ріг» СБУ вирішила «пришити» комбінату статтю «екоцид»

14:34

В.о. голови Миколаївської ОДА підтвердив, що не збирається працювати з Зеленським

09:43

Сенат США одностайно ухвалив резолюцію на підтримку України

09:31

Екстрадиція Фірташа в США не відбудеться навіть восени

08:21

На Миколаївщині знайшли застреленим кандидата у нардепи від «Опоблоку»

08:09

Дoбa OОС: жодних втрат

16 июля


19:07

Конституційний Суд України: «За своєю злочинною сутністю комуністичний режим і нацистський режим були однаковими»

17:28

«Мовна» стаття закону «Про освіту» визнана конституційною

15:45

КСУ визнав конституційним закон про декомунізацію

14:10

У «нормандському форматі» домовились про «хлібне» перемир’я та обмін полоненими

14:01

Фірташу не уникнути екстрадиції до США

12:41

Суд Амстердама відклав рішення у справі «скіфського золота»

11:06

У Зеленського виступають за проведення у четвер позачергового засідання Ради

07:58

Дoба ООС: один військовий загинув, трьох поранено

15 июля


17:19

Директор ДБР обурений, що інформаціє з його відомства «зливають» не тільки Портнову

17:11

Вишинського сьогодні не звільнять

16:52

Суд скасував ліквідацію банку Клименка

14:35

Зеленський ввід до складу РНБО Богдана та двох його заступників

14:20

«Юру Єнакієвського» знову розшукують

12:17

Російський омдусмен приїхала до Києва подивитися, як суд звільнить з-під варти головреда «РИА Новости-Украина»

11:58

Суд зняв арешт з 415 об’єктів нерухомості Коломойського та його партнерів

10:50

«Опудало городнє, нахабний хам, дармоїд і нероба»: Боря Колесніков показав, що добре знає свій електорат (відео)

10:25

За даними ЦВК, винуватець смертельної ДТП під Полтавою Сердюков – довірена особа кандидата у нардепи від партії «Слуга народу»

ПО ЩУЧЬЕМУ ВЕЛЕНИЮ

Ух ты, говорящая рыба! – ІІ

Окончание новогодней сказки о здоровом и нездоровом образе жизни политической элиты. Действие, как всегда, происходит в параллельной реальности. Детям до 18 лет чтение данного произведения разрешается только в присутствии прокурора, беременным женщинам – на свой страх и риск, пенсионерам – в меру собственной испорченности. При написании сказки ни одна говорящая рыба не пострадала.


(Начало здесь)

Пока соответствующий статусу Сергея Кавуна ремонт в кабинете первого вице-премьера на Грушевского не закончен, он предпочитает проводить время в своей старой обители в помещении Национального банка Украины. Бальнеологическая ванна курится паром у письменного стола: Сергей Геннадиевич работает с документами. На столе стоит золотое ведро с волшебным уловом.

– Эх, хорошо, – мурлычет Кавун, переключая массажный режим. – Правда, хорошо, Щука?

– Правда, – кивает Щука. – Меня так прет! Чего ты мне в ведро вместо воды налил-то, добрый молодец?

– Это шампанское, «Кристал» называется. Пятьсот евро за бутылку, между прочим, – поглаживая себя по безволосой груди, с наслаждением говорит Кавун. – Итак, по щучьему велению, по моему хотению, стань наличный доллар по девяносто копеек, а на межбанке и того дешевле!

– Ты конкретно говори. Что значит «и того дешевле»? – недовольно ворчит Щука. – Я за своих клиентов ничего придумывать не собираюсь. Что мне говорят, то и делаю.

– Ну, допустим, пусть будет по двадцать пять копеек.

– Готово.

Кавун, потирая руки, включает висящую на стене плазму в беззвучном режиме. На экране мелькают кадры страшных мордобоев у обменных пунктов. Там и сям происходят погромы банков, далее идет сюжет, в котором зареванная бабка оклеивает уличный сортир стодолларовыми бумажками.

– Аааа! – злорадно орет Кавун, грозя бабке кулаком. – Поживи теперь на пенсию, спекулянтка сраная!.. Но не будем терять времени, мне еще много в жизни успеть надо. События развиваются стремительно, ха-ха-ха! По щучьему велению, по моему хотению, приди ко мне, Саня Януковеч по кличке Стоматолог!

В тот же момент дверь без стука отворяется, и в кабинет входит Саня Януковеч по кличке Стоматолог.

– Привет, Серега! – радостно говорит он. – Говорят, ты там себе рыбу волшебную завел?.. Эх, вот заживем теперь!

– Во-первых, для тебя я не Серега, а Сергей Геннадиевич, – холодно говорит Кавун. – А во-вторых, давай-ка переписывай на меня все свои владения, МАКО-ШМАКО и все такое.

– Ты чо, Серега… – упавшим голосом говорит Саня и, достав из кармана пиджака ручку, начинает обреченно подписывать возникшие перед ним на столе документы. Кавун следит за ним с одобрительной усмешкой.

– Переписал? Молодец. Ну а теперь… – Кавун ненадолго задумывается. – А теперь, по щучьему велению, по моему хотению, стань, Саня Януковеч, простым стоматологом в самой занюханной больнице Донецка, и чтоб тебе до конца твоих дней никто и копейки взятки не дал!

– Готово, гы-гы, – слегка нетрезвым голосом говорит Щука.

– Ой, мама, где я? – завороженно говорит Саня, с ужасом глядя на бывшего приятеля. На нем вместо дорогого костюма с искрой теперь надет грязный засаленный халат с казенным больничным штемпелем. – Пациент, откройте рот…

– Я тебе щас открою, – добродушно говорит Кавун. – Давай вали отсюда, пока я не велел охране избить тебя ногами в живот и кулаками в лицо… Или хотя нет, пожалуй, я проведу тебя до лестницы. В моем стеклянном лифте на две остановки ты ездить недостоин. Нассышь еще там, знаю я вас, донецких, ха-ха-ха! Вперед!

Бальнеологическая ванна бесшумно едет к двери кабинета. Понурый Саня плетется следом. Долгий путь по коридору они проделывают молча.

– Ну все, вот лестница, катись колбаской. И запомни: еще раз увижу – убью, – ласково говорит Кавун вслед уныло спускающемуся вниз Стоматологу. На лице первого вице-премьера блуждает злорадная улыбка. – Ну что, по щучьему велению, по моему хотению, ступай-ка, ванна, обратно в мой кабинет.

Ванна не трогается с места.

– Черт, я же Щуку в кабинете оставил! – досадливо говорит Кавун. – Видно, на таком расстоянии она меня не слышит.

Но страшное подозрение уже закрадывается в его душу. Оно превращается в уверенность, когда из дальнего конца коридора раздается веселый заливистый смех, который кажется Кавуну очень знакомым. Так и есть: возле лифта топчется, радостно приплясывая от возбуждения, лидер фракции «Безотцовщина» Арсений Яцынюк в своем дурацком пуховике. В руке он крепко сжимает заветное золотое ведро.

– Ах ты… – задыхается Кавун.

Но в этот момент мелодично звякает лифт, и Яцынюк, издевательски помахав свободной рукой лучшему банкиру Восточной Европы, уезжает вниз.

– Стой, сука! – опомнившись, кричит Кавун тоненьким голосом и, неуклюже выбравшись из стремительно остывающей ванны, бросается догонять наглеца по лестнице.

Увы, тело великого банкира давно отвыкло перемещаться в пространстве самостоятельно. Поскользнувшись голой пяткой на первой же ступеньке, Сергей Геннадиевич неуклюже падает затылком вниз и бесформенным кулем катится по лестнице.

В это время на документах «МАКО-ШМАКО», оставшихся на столе в кабинете главы НБУ, вместо фамилии Кавуна медленно проступает фамилия Яцынюка. Спустя минуту бумаги растворяются в воздухе.

***

Арсений Яцынюк, размахивая ведром, возбужденно мечется по кулуарам Верховной Рады, подыскивая укромное место. Из кармана пуховика торчат заветные документы «МАКО-ШМАКО», на лице лидера объединенной оппозиции блуждает счастливая улыбка.

– Не махай так ведром, добрый молодец, – недовольно ворчит Щука. – Меня стошнит сейчас.

– Заткнись, сучка, – надменно говорит Яцынюк. – Теперь я твой хозяин, и будешь ты у меня на посылках.

Щука что-то злобно бормочет себе под нос, сверля Арсения ненавидящими глазками.

– Вот! – победно говорит лидер «Безотцовщины», усаживаясь за стол на третьем этаже Рады. В зале пустынно, всех охранников, кроме внешнего кольца, отпустили праздновать Новый год. В темноте за окном кружатся снежинки. По лицу лидера оппозиции расползается предвкушающая улыбка.

Внезапно звонит мобильный телефон. Яцынюк, презрительно покосившись на дисплей, снимает трубку.

– Сеня! Сеня! Это я, Турчинкин!

– Во-первых, я для тебя не Сеня, а Арсений Петрович, – холодно говорит Яцынюк. – А во-вторых…

– Алё, алё, плохо слышно! – надрывается Турчинкин. – Сеня, беда! Немымрю замели! Он в обменке мешок оффшорных долларов менял, а к соседнему окошку как раз Ренат Кузьмич со своим мешком подошел, ну и заметил… Короче, надо срочно выручать!

– Ага, щас, разбежался, – лениво говорит Яцынюк и отключает мобилку. – Вот ведь мышиная возня, тьфу.

Он неспешно приподнимается и заглядывает в стоящее на столе ведро.

– Ну что, сучка, готова потрудиться на благо родины? – насмешливо говорит Яцынюк.

Щука молча кивает.

– Итак… – Арсений набирает в грудь побольше воздуха и выкрикивает: – По щучьему велению, по моему хотению, хочу жизнь поиметь в очко и стать боксером, как Кличко!

– Готово.

В голосе Щуки Арсению неожиданно слышится откровенное злорадство, но не успевает он встревожиться, как в глаза ему бьет ослепительный свет, а в уши – осатанелый рев зрителей.

Яцынюк стоит посреди ринга в красных трусах «BOSS» и тяжелых перчатках, очки съехали на нос, рот распирает чудовищных размеров капа, отчего лицо лидера оппозиции кажется идиотским. Напротив него нетерпеливо переминается с ноги на ногу какое-то огромное косматое чудовище негроидной расы. Трибуны неистовствуют.

– Унд Арсенииии Йааааааацыыыыыыыыньюююююююююююк! – орет какой-то мужик в микрофон.

– Еб твою мать, – обреченно говорит Арсений.

– Сеня, братишка, сразу не атакуй, понял? – надрывается в красном углу ринга Владимир Клико, азартно размахивая полотенцем. – Поиграй с ним, в клинч не вяжись, задавит. Больше работай джебом!

…Когда чудовищная обезьяна бросается в атаку, Яцынюк с отчаянным воплем предпринимает попытку ударить противника ногой в пах, но промахивается.

В следующий миг в его голове взрывается бомба, и мир вокруг проваливается в темноту.

***

– Ух ты, говорящая рыба! – восклицает министр социальной политики Наталья Королявская, очумело заглядывая в золотое ведро, неведомо как оказавшееся в пустынных парламентских кулуарах. – Вот это да, биомать.

– Ну что ты глаза вылупила, корова луганская! – орет Щука. – Да, говорящая, да, рыба! Еще раз повторяю: выпустишь меня – все твои желания исполню!

– Та здрасьте, чего это ты мне их будешь исполнять, если я тебя выпущу? – хрипло смеется Королявская. – Ты лошиц в другом месте ищи, поняла, треска хитрожопая? Давай просто так исполняй.

– Слушай, неужели у вас все такие мудаки? – обреченно спрашивает Щука.

– Я щас за мудаков тебе в ведро кислоты налью, – сузив глаза, шипит Королявская. – Давай, падла, выполняй мои желания, а то я тебе тут устрою голубую лагуну, биомать!

– Да я что, я ничего, – хмыкает Щука, и на ее морде появляется зловещее выражение. – Желай, все сделаем в лучшем виде.

– Я хочу… Я хочу… А, была не была! – Королявская отчаянно машет рукой. – Я всегда хотела быть… То есть, по щучьему велению, по моему хотению, хочу быть как Юлия Владимировна Тимашенко!

– Готово! – ухмыляется Щука.

Тело министра социальной политики пронзает неожиданная боль от прострела в пояснице. Королявская пронзительно кричит и, скорчившись, падает спиной назад, на нары.

В палате железнодорожной больницы города Харькова царит полумрак, сквозь решетку видно, как падает снег. У потолка комнаты перемигиваются красными огоньками многочисленные видеокамеры. Рядом с нарами стоят ходунки, потом, вроде, тумбочка, за ней – еще одни нары. На них, удобно пристроив подушку, полусидит Юлия Владимировна Тимашенко. Губы ее кривит неприязненная усмешка.

– Ну что, допрыгалась, сука? – шипит Тимашенко, поигрывая тяжелым костылем.

– Юля, я… Ну это, биомать, – прокуренный голос Королявской неожиданно становится писклявым. – Ну, короче, я же всегда была за народ!

С тигриным рычанием Тимашенко взвивается с нар и с размаху бьет Королявскую костылем по голове. В коридоре воет сирена, дверь камеры резко отворяется, и внутрь врываются пьяные разнузданные охранники.

– Помогите! – отчаянно кричит Королявская и тут же получает сапогом в живот. Сильные руки переворачивают ее на спину и грубо стягивают вниз бесформенные штаны тюремной робы.

– Четыре кубика магнезии и аминазин внутримышечно, – говорит сзади чей-то бесстрастный голос.

– Пустите, козлы! – в отчаянии кричит Королявская, но тут в правую ягодицу впивается жало шприца, и министр социальной политики теряет сознание от потрясения и боли.

Впереди ее ждут семь лет заключения.

***

– Файні мешти, – задумчиво говорит нардеп Ирина Фараон, разглядывая валяющиеся на ковровом покрытии ярко-красные туфли Натальи Королявской, из которых, как, впрочем, и из остальной одежды, вылетела министр социального развития в ходе телепортации в харьковскую больницу. – І кабата нівроку... А цей ватованець мені навіть знайомий! – восклицает зампредседателя Слободы, замечая сиротливо обвисший на стуле красный пуховик бедного Арсения. – Де ж я його бачила?.. Ааа!

Гигантским прыжком подскочив к ведру, Фараон быстро заглядывает внутрь.

– Чего надо? – грубо говорит пьяная Щука.

– Не «чего надо», а «чого треба», пані Щуко, – сухо говорит Фараон. – Не гадала, що мовне невігластво розповсюдилося такою мірою. Ви ж, пані, живете в українській водоймі, жерете українських верховодиць, так будьте ласкаві, звертайтеся до мене українською.

– Да иди ты, нашлась тут! – возмущенно говорит Щука. – Я сюда из Волги, между прочим, приплыла.

– Ну то й вертайтеся до своєї, – тонкие губы Фараон искажаются в презрительной усмешке, – Волгі.

– Ну так и выпусти меня в воду, злая баба, я больше вас тут всех и не прошу ни о чем!

– Куди? До Дніпра? Москальську щуку?! – зампредседателя Свободы сардонически усмехается. – Спочатку вивчіть мову, потім випущу.

– А если за желание? – с отчаянием в голосе говорит Щука. – Вот с места мне не сплыть, все выполню. Только мне на русском надо загадывать, иначе не сработает. То есть я бы с радостью, но как-то вот так оно получается. Мову вашу понимаю, а сама не могу.

Фараон долго мнется, на ее лице отражается тяжелейшая внутренняя борьба. Наконец, она тяжело вздыхает и сдается.

– Ладно, государиня-рибка, будь по-твоєму, – с отвращением произносит Фараон, отводя глаза в сторону. – Раді такого дєла, как спасєніє государства, я готова даже на такоє святотатство.

– Похвально, – усмехается Щука. – Ну что, говори свое государственное желание.

– По щючьєму вєлєнію, по моєму хотєнію, пусть прємьєр-міністр Азіров наконєц-то виучіт украінскій язик і нємєдлєнно продємонстріруєт мнє своі знанія!

На лестнице тут же раздаются шаркающие шаги, и в зал третьего этажа входит несчастный Азиров с обвисшими руками.

– Щедрий вечір, добрий вечір, – говорит Азиров тихим голосом и кланяется Фараон в пояс. – Щедрик, щедрик, щедрівочка, прилетіла ластівочка.

Лицо Фараон расплывается в широкой счастливой улыбке.

– Ой ви ж сивая моя зозулечка, – всплескивает она руками, – як же я за вас радію!

– Приємно чути, – уныло говорит Азиров, – та навряд чи це поверне мені мої прекрасні відсохлі руки. Як же я любив їх, як кохав і пестив, бачили б ви, велемудра пані, як вони брали лопату – немовби за шийку лебідочку білосніжную... Мовби соловейко в темнім гаю сонце зустрічав. Ех…

– Не бідкайтесь так, – дрожащим голосом говорит Фараон. – Я допоможу... Кгм... По щючьєму вєлєнію, по моєму хотєнію, пусть прємьєр-міністр Азіров снова імєєт здоровиє, работоспособниє рукі, і чтоб оні билі пущє прєжнего!

– Ух ты! – восклицает Азиров, восторженно размахивая совершенно здоровыми руками. – А вы, значит, по-нашему умеете, даже с нашим калужским произношением! Не ожидал, ха-ха-ха!

– Пане Азіров! – взвивается Фараон. – Я вимагаю від вас негайно перейти на державну мову! І не намагайтеся брехати, що ви її не знаєте!

– Та на шо мине твоя мова, кали я знова завладел своими чудовыми руками! – весело хохочет Азиров. – Давай краще ты переходи на нашу! Мы ж прийняли чуйдовый закон про региональны языки!

– Ах ти мерзенний виблядок… – шепчет Фараон. – Ну постривай. А ну-ка по щючьєму вєлєнию, по моєму хо...

Стремительно нарастающий рев вертолетов заглушает ее голос. В окна ударяет свет мощных прожекторов, стекла разлетаются, и в вихре осколков на третий этаж Рады влетают, держась за десантные тросики, здоровенные амбалы в черных камуфляжах с эмблемами службы активной охраны президента.

В считанные мгновения они сбивают с ног премьер-министра и заместителя главы фракции «Слободы» и намертво заклеивают им рты скотчем. Фараон, в отличие от лежащего кулем Азирова, сопротивляется, как галицкая львица, и даже умудряется выбить каблуком глаз одному из налетчиков, но силы неравны. Ее связывают по рукам и ногам и закатывают под стол, где уже пылится безропотный Азиров.

– Завтра вас освободит уборщица, – сухо говорит командир десантников и быстро накрывает ведро со Щукой спецназовским мешком, который обычно используется при захвате языка за линией фронта. – Все, дело сделано! Спускаемся по лестнице. Клим, Док, Якут – прикрытие. Рыбу несу я.

Спецназовцы быстро ссыпаются по лестнице к выходу. Шедший последним Якут, которому Фараон выбила глаз, изо всех сил исподтишка бьет ее каблуком в голову, но сослепу промахивается и попадает в висок премьер-министра Азирова. Азиров сучит ногами.

***

Межигорский дебаркадер президента Виктора Януковеча врос в лед Киевского моря. Глава государства сидит в подогреваемом кресле на палубе с бокалом горящего абсента в руке и вожделенно смотрит на затянутое мешком ведро.

– Вот он, миг триумфа, – наконец, говорит Януковеч и, сдернув мешок, заглядывает в ведро: – Ку-ку!.. Что?!

Щука молча плавает в шампанском кверху пузом.

– Кто посмел?! – ревет Януковеч, судорожно доставая из кармана трубку сотового телефона. – Падлы, сгною, уничтожу, в распыл!

– Да тихо ты, чего орешь, – лениво откликается Щука, переворачиваясь пузом вниз. – Совсем нервы ни к черту?

От неожиданности Януковеч роняет телефон за борт.

– Ну ты манда, – с облегчением говорит он, – у тебя что, юмор? Я тебе покажу юмор.

– Какой там юмор, – хмыкает Щука. – Ты в курсе, что твой охранник Якут работает на ФСБ? Он по дороге десять раз в меня незаметно через мешок шилом тыкал. Спасибо, что я сама не пальцем деланая… Но все равно на всякий случай пришлось притвориться.

– Расстреляю, – решительно говорит Януковеч. – Хотя… Хотя нет, Путин обидится, ну его, как говорят, в задницу. Может, если я оставлю этого предателя в живых и дам внеочередное воинское звание «старший прапорщик», мне Владимир Владимирович цену на газ, как говорят, сбросит?

– Гы, – с пьяным смешком говорит Щука.

– Та да, – уныло говорит Януковеч. – О! Так я ж могу по щучьему этому, как говорят, велению!

– Не, – твердо изрекает Щука, – ни фига. Я не для того Путину цену на газ поднимала, чтоб сейчас все мои усилия пустил по ветру какой-то мелкий уголовник.

– Ничего себе мелкий! – обиженно вскидывается Януковеч. – Да я столько уже в этой стране спиздил, что тебе… Стоп! Что ты сказала? Это ты, что ли, цену на газ…

– Ну, я, – неохотно признается Щука. – А ты что думал, он сам подорожал? Меня Путин попросил, я и сделала. И он, в отличие от вашей крохоборской кодлы, оказался человеком слова, – сразу отпустил меня на все четыре стороны! А ты же не отпустишь, правда?

– Еще чего, – ухмыляется Януковеч. – Но я тебе бассейн персональный, золотой, с рубинами, двести двадцать…

Щука пьяно срыгивает.

– Да пошел ты. И вообще все вы пошли. Придурки.

– Гм, понимаешь, – Януковеч чешет в затылке, – я бы тебя, может, и отпустил, но…

– Что? – жадно вскидывается Щука.

– Да не знаю, что от тебя потребовать. Вроде, есть все. А чего нету – отожму. Своим трудом, как говорят, вот этими вот руками, – скромно говорит Януковеч.

Внезапно его лицо озаряется радостным светом.

– Придумал! – восклицает глава государства. – Ей-богу придумал, слава отцу Зосеме и всем его небесным протоиереям!.. По щучьему велению, по моему хотению… Пусть сейчас вот тут передо мною сойдутся в поединке братья Клико! И чтоб насмерть! Чтоб остался только один! Чем бы ни закончился бой, я тебя отпущу. Лады?

– Лады, – с надеждой говорит Щука.

На палубе дебаркадера друг напротив друга возникают братья Клико. Оба в одинаковых красных трусах «BOSS», оба молодые, сильные и успешные.

– Прости меня, брат Володя, – с тяжелым вздохом говорит Виталий.

– И ты прости меня, брат Виталий, – с еще более тяжелым вздохом говорит Володя.

– Если я погибну, позаботься о моей партии «УДАВ Виталия Клико», – говорит Виталий. – Ребята в ней молодые, но им уже палец в рот не клади.

– Клянусь тебе, братишка, не покладу, – говорит Володя.

Из золотого ведра доносится едва слышный всхлип.

– Я люблю тебя, брат, – говорит Володя. – Будь проклят тот злой гений, который заставляет нас идти на это чудовищное злодеяние!

Сидящий в кресле Януковеч, обхватив руками голову, обильно заливается слезами, одновременно стараясь не упустить ни единой мелочи. На самом деле он плачет оттого, что из-за щукиных шуточек уронил за борт дебаркадера мобильный телефон и не может снять эту душераздирающую сцену на видео, которое можно было бы неплохо продать.

Откуда-то с неба доносится удар гонга.

– Так, стоп! – раздается пронзительный вопль из ведра. – Брэк!

– Ребята, не слушайте ее, продолжайте, продолжайте, – поспешно говорит Януковеч и, вскочив на ноги, шипит в ведро: – Ты чего, жаба, рамсы попутала? Да ты знаешь, что я с тобой могу сделать?!

– Да ничего ты не можешь, гопота донецкая, – глотая слезы, отвечает ему Щука. – И вообще все вы ничего не можете. Эта страна проклята. Вы все достали меня, и я избавлю вас от страданий!

Где-то в недрах дебаркадера часы начинают отбивать полночь.

– С Новым годом, брат, – тихо говорит Виталий.

– С новым счастьем, – еще тише говорит Володя.

Братья бросаются друг другу на шею.

– С последним ударом часов я сотру вашу паршивую страну с лица земли, – всхлипывая, говорит Щука. – Вы недостойны жить. Особенно ты, шушера донецкая.

Януковеч падает перед ведром на колени в коллаптоидном состоянии.

– Смилуйся, государыня рыбка! – кричит он, тряся золотую посудину так, что в ведре вскипает пена. – Оставь хотя бы меня! После шестидесяти жизнь только начинается! Я же сделал себя сам, не губи!

– Поздно, – говорит Щука. – По моему велению и по моему же хотению…

Чьи-то сильные руки вырывают из рук главы государства ведро. Еще чьи-то страшно бьют его по голове, и бездыханный Януковеч, вылетев за борт, враскоряку падает на лед Киевского моря. Рядом ловко приземляются два могучих брата в красных трусах «BOSS».

Брат Володя одним суровым ударом пробивает в толще льда огромную лунку, а брат Виталий ловко переворачивает над ней золотое ведро. В сверкающих брызгах шампанского «Кристал» Щука ныряет в воду.

– Уф, – говорит брат Володя.

– Ага, – говорит брат Виталий.

Из лунки высовывается голова протрезвевшей Щуки.

– Э, – говорит Щука. – Хм. Ну это, простите дуру. По пьянке чего только ни ляпнешь.

– Та ладно, проехали, – улыбается Виталий. – Плыви себе, рыбка, ничего нам от тебя не надо.

– Да еще чего не хватало, – с достоинством говорит Щука. – Впрочем, давайте одно желание, так уж и быть.

Братья переглядываются с интересными улыбками.

– Ну что, каких у нас поясов еще нет? – деловито спрашивает Володя.

– Нет, – решительно говорит Виталий. – Мы сейчас не имеем права ставить личные интересы выше государственных. Надо пожелать, наконец, что-то глобальное, то, что улучшит жизнь нашего народа.

– Ээ, – подает голос Щука. – Может, вы захотите пожелать этой стране в Новый год избавиться от страшного, уродливого явления, проникшего своими щупальцами во все сферы жизни, подрывающего экономику, всю государственную систему и, в конце концов, сами устои независимости Украины?

– Да! – решительно говорит Виталий. – Точно! Именно это я и хочу пожелать! По щучьему велению, по моему хотению, пусть народные депутаты в Верховной Раде голосуют персонально! Это принципиальная позиция нашей партии «УДАВ Виталия Клико»!

– Молодец, уважаю! Готово! – торжественно говорит Щука. – Прощайте, добры молодцы. И в следующий раз, если можно, принесите немножечко хлебца.

С легким всплеском Щука скрывается в проруби.

Жизнь налаживается.


Василий РЫБНИКОВ

Версия для печати  Версия для печати

27 Декабря 2012 14:19


 

 

Генпрокурор Луценко каже, що 31 травня врятував ціле місто. На яку нагороду він, на Вашу думку, за цей вчинок заслуговує?

Запрошення на чергове засідання РНБО України (1)

Обрання членом РНБО врятованого їм міста (10)

Дострокового присудження звання Генпрокурор-лейтенанта (8)

Повного зібрання підручників юридичного вишу (39)

Червоного диплома юриста з золотими літерами (4)

Медалі «Рятівник Третього Тисячоліття» (77)

Урочистого рукостискання від Зеленського (34)

Введите, пожалуйста, цифры с рисунка: